Крестный путь. Йозеф Ратцингер

Крестный путь в Колизее
Страстная Пятница 2005 года

Кардинал Иозеф Ратцингер

Размышления и молитвы кардинала Йозефа Ратцингера

ВВЕДЕНИЕ

Лейтмотив этого Крестного пути показан с самого начала во вводной молитве и затем снова в XIV стоянии. Это слова Иисуса в Вербное воскресенье, которыми – сразу после Своего входа в Иерусалим – Он отвечает на вопрос некоторых греков, захотевших Его увидеть: «Если пшеничное зерно, пав в землю, не умрет, то останется одно; а если умрет, то принесет много плода» (Ин 12, 24). Господь толкует таким образом весь Свой земной путь как путь пшеничного зерна, которое только через смерть приносит плод. Он толкует Свою земную жизнь, Свою смерть и Свое воскресение в перспективе Евхаристии, резюмирующей всю Его тайну. Поскольку Он претерпел смерть как принесение в дар Самого Себя, как действие любви, Его тело было преображено в новую жизнь воскресения. Вот почему Он, Слово воплощенное, теперь сделался для нас пищей, ведущей к истинной жизни, к жизни вечной. Вечное Слово, – творческая сила жизни, – Он сошел с небес, став, таким образом, истинной манной, хлебом, который передает себя человеку в вере и в Таинстве. Так Крестный путь становится дорогой, ведущей в самую глубь евхаристической тайны: народное благочестие и сакраментальное благочестие Церкви соединяются и проникают одно в другое. Молитва Крестного пути может пониматься как путь, ведущий к углубленному духовному общению с Иисусом, без чего сакраментальное общение оставалось бы пустым. Крестный путь предстает как путь «мистагогический».

Такому видению противостоит чисто сентиментальное понимание Крестного пути – тот самый риск, от которого Господь (в VIII стоянии) предостерегает плачущих над ним иерусалимских женщин. Простой чувственности недостаточно. Крестный путь должен быть школой веры, которая по природе своей есть вера, «действующая любовью» (Еф 5, 6). Вместе с тем, это не значит, что чувственность должна быть исключена. Для Отцов основной ущербностью язычников является их бессердечие, и они в этой связи вспоминают видéние Иезекииля, который сообщает народу Израилеву обетование Бога взять из груди их сердце каменное и дать им сердце плотяное (ср. Иез 11, 19). Крестный путь показывает нам Того Бога, Который Сам разделяет страдания людей, любовь Которого не остается бесстрастной в далеких высях, Того Бога, Который нисходит к нам, вплоть до смерти на кресте (ср. Фил 2, 8). Бог, разделяющий наши страдания, Бог, ставший человеком, чтобы нести наш крест, желает преобразить наше каменное сердце и призвать нас разделять страдания других. Он желает дать нам «сердце плотяное», не остающееся бесстрастным перед нуждами других, а остро их ощущающее, и ведет нас к любви, исцеляющей и приходящей на помощь. Это возвращает нас к словам Иисуса о пшеничном зерне, посредством которых Он передает основополагающий принцип христианского существования: «Любящий душу свою погубит ее; а ненавидящий душу свою в мире сем сохранит ее в жизнь вечную» (Ин 12, 25; ср. Мф 16, 25; Мк 8, 35; Лк 9, 24; 17, 33: «Кто станет сберегать душу свою, тот погубит ее; а кто погубит ее, тот оживит ее»). Это объясняет нам также, что означает фраза, предшествующая в синоптических Евангелиях этим центральным для вести Иисуса словам: «Если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною» (Мф 16, 24). Всеми этими словами Он Сам предлагает толкование «Крестного пути», учит нас, как мы должны им молиться и следовать: Крестный путь – это путь самоотвержения, то есть путь истинной любви. На этом пути Он Сам нас предваряет; этому пути стремится научить нас молитва Крестного пути. И это опять возвращает нас к пшеничному зерну – к Евхаристии, в которой постоянно делается присутствующим среди нас плод смерти и воскресения Иисуса. В ней Он идет вместе с нами, как некогда с эмаусскими учениками, всегда становясь вновь нашим современником.

ВСТУПИТЕЛЬНАЯ МОЛИТВА

In nomine Patris et Filii et Spiritus Sancti. Amen.
Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Аминь.

Господи Иисусе Христе, ради нас Ты принял на Себя судьбу пшеничного зерна, которое падает в землю и умирает, чтобы принести много плода (ср. Ин 12, 24). Ты призываешь нас следовать за Тобой этим путем, когда говоришь: «Любящий душу свою погубит ее; а ненавидящий душу свою в мире сем сохранит ее в жизнь вечную» (Ин 12, 25). Однако мы привязаны к нашей жизни. Мы не желаем ее оставлять, но хотим целиком сохранить ее для самих себя. Мы желаем обладать ею, а не отдавать ее. Но Ты идешь впереди нас и показываешь нам, что мы можем спасти свою жизнь, только отдавая ее. И когда мы сопровождаем Тебя на Крестном пути, Ты хочешь вести нас по пути пшеничного зерна, по пути той плодотворности, которая достигает вечности. Крест – дарование самих себя – для нас тяжело весит. Но на Твоем Крестном пути Ты понес также и мой крест, и понес его не в какой-то момент прошлого, ибо Твоя любовь современна моей жизни. Ты несешь его сегодня со мною и ради меня и удивительным образом желаешь, чтобы и я сегодня, как когда-то Симон Киринеянин, понес Твой крест и, сопровождая Тебя, я принялся вместе с Тобою за служение искуплению мира. Помоги мне, чтобы мой Крестный путь не был просто благочестивым проявлением чувств на мгновение. Помоги нам сопровождать Тебя не только возвышенными мыслями, но и идти по Твоему пути сердцем, более того – конкретными шагами нашей повседневной жизни. Помоги нам всем нашим существом идти Крестным путем и всегда оставаться на этом пути. Избавь нас от боязни креста, от страха перед насмешками других, от боязни того, что наша жизнь может ускользнуть от нас, если мы не возьмем от нее всего, что она обещает. Помоги нам разоблачать те искушения, которые предлагают нам жизнь, но последствия которых оказываются для нас, в конечном счете, пустыми и разочаровывающими. Помоги нам не брать у жизни, но давать ее. Помоги нам, сопровождающим Тебя на пути пшеничного зерна, в «потере жизни» обрести путь любви – путь, который поистине дарит нам жизнь, жизнь в избытке (ср. Ин 10, 10).

ПЕРВОЕ СТОЯНИЕ
Иисуса осуждают на смерть

V. Adoramus te, Christe, et benedicimus tibi.
R. Quia per sanctam crucem tuam redemisti mundum.
С. Поклоняемся Тебе, Христе, и благословляем Тебя.
Все: Ибо святым крестом Своим Ты искупил мир.

Пилат говорит им: что же я сделаю Иисусу, называемому Христом? Говорят ему все: да будет распят. Правитель сказал: какое же зло сделал Он? Но они еще сильнее кричали: да будет распят. Тогда отпустил им Варавву, а Иисуса, бив, предал на распятие (Мф 27, 22-23. 26).

РАЗМЫШЛЕНИЕ

Судия мира, Который однажды придет судить всех нас, стоит изможденный и обесславленный, бессильный перед земным судьей. Пилат – это не какое-то исчадье зла. Он знает, что этот подсудимый невиновен; он ищет способа освободить Его. Но сердце его разделено. И его собственное положение – он сам – оказывается для него важнее, чем право. Также и люди, которые кричат и требуют смерти Иисуса, – не какие-то исчадья зла. Многие из них в день Пятидесятницы «умилятся сердцем» (Деян 2, 37), когда Петр им скажет: «Иисуса Назорея, Мужа, засвидетельствованного вам от Бога, – …вы взяли и, пригвоздив руками беззаконных, убили…» (Деян 2, 22-23). Но в тот момент они подчиняются влиянию толпы. Они кричат, потому что кричат другие; кричат, как кричат другие. И таким образом справедливость оказывается попрана подлостью, малодушием, страхом перед диктатом господствующей ментальности. Слабый голос совести оказывается заглушен криком толпы. Нерешительность и человекоугодие дают злу силу.

МОЛИТВА

Господи, Ты был осужден на смерть, потому что человекоугодие заглушило голос совести. На протяжении всей истории невинных бьют, осуждают и убивают. Сколько раз мы тоже предпочитали истине успех, предпочитали справедливости нашу репутацию. Дай слабому голосу совести, Твоему голосу, силу в нашей жизни. Взгляни на меня, как Ты взглянул на Петра после его отречения. Дай взору Твоему проникнуть в наши души и указывать нам пути в нашей жизни. Тем, кто в Страстную Пятницу кричал против Тебя, в день Пятидесятницы Ты даровал возможность пережить умиление сердца и обращение. И этим Ты дал надежду всем нам. Даруй и нам вновь и вновь благодать обращения.

Pater noster, qui es in caelis:
sanctificetur nomen tuum;
adveniat regnum tuum;
fiat voluntas tua, sicut in caelo, et in terra.
Panem nostrum cotidianum da nobis hodie;
et dimitte nobis debita nostra,
sicut et nos dimittimus debitoribus nostris;
et ne nos inducas in tentationem;
sed libera nos a malo.

Stabat Mater dolorosa,
iuxta crucem lacrimosa,
dum pendebat Filius.

ВТОРОЕ СТОЯНИЕ
На Иисуса возлагают крест

V. Adoramus te, Christe, et benedicimus tibi.
R. Quia per sanctam crucem tuam redemisti mundum.

Тогда воины правителя, взяв Иисуса в преторию, собрали на Него весь полк и, раздев Его, надели на Него багряницу; и, сплетши венец из терна, возложили Ему на голову и дали Ему в правую руку трость; и, становясь пред Ним на колени, насмехались над Ним, говоря: радуйся, Царь Иудейский! и плевали на Него и, взяв трость, били Его по голове. И когда насмеялись над Ним, сняли с Него багряницу, и одели Его в одежды Его, и повели Его на распятие (Мф 27, 27-31).

РАЗМЫШЛЕНИЕ

Иисус, осужденный как царь-самозванец, был осмеян, но именно в осмеянии жестоко явилась истина. Как часто знаки власти, носимые сильными мира сего, оказываются оскорблением истины, справедливости и человеческого достоинства! Как часто их ритуалы и длинные речи на самом деле оказываются не чем иным, как помпезной ложью, карикатурой на то дело, которое им поручено: исполнять служение во благо. Иисус осмеянный, носящий венец страданий, именно поэтому – истинный Царь. Его жезл – справедливость (ср. Пс 45 (44). 7). Ценой справедливости в этом мире оказываются страдания: Он – истинный Царь – правит не насилием, а любовью, страдающей за нас и с нами. Он несет на Себе крест, наш крест, бремя человека, бремя мира. Так Он идет впереди нас и показывает нам, как найти путь для истинной жизни.

МОЛИТВА

Господи, Ты отдал Себя на осмеяние и поругание. Помоги нам никогда не присоединяться к тем, кто насмехается над страдающими и слабыми. Помоги нам видеть Твой лик в тех, кто унижен и выброшен на обочину. Помоги нам не малодушествовать перед насмешками мира, когда послушание воле Твоей становится предметом осмеяния. Ты нес крест и призвал нас следовать за Тобою этим путем (Мф 10, 38). Помоги нам принимать крест, не избегать его, не роптать и падать духом перед лицом тягот жизни. Помоги нам идти путем любви и в послушании ее требованиям достичь истинной радости.

Pater noster, qui es in caelis:
sanctificetur nomen tuum;
adveniat regnum tuum;
fiat voluntas tua, sicut in caelo, et in terra.
Panem nostrum cotidianum da nobis hodie;
et dimitte nobis debita nostra,
sicut et nos dimittimus debitoribus nostris;
et ne nos inducas in tentationem;
sed libera nos a malo.

Cuius animam gementem,
contristatam et dolentem
pertransivit gladius.

ТРЕТЬЕ СТОЯНИЕ
Иисус в первый раз падает под бременем креста

V. Adoramus te, Christe, et benedicimus tibi.
R. Quia per sanctam crucem tuam redemisti mundum.

Но Он взял на Себя наши немощи и понес наши болезни; а мы думали, что Он был поражаем, наказуем и уничижен Богом. Но Он изъязвлен был за грехи наши и мучим за беззакония наши; наказание мира нашего было на Нем, и ранами Его мы исцелились. Все мы блуждали, как овцы, совратились каждый на свою дорогу: и Господь возложил на Него грехи всех нас (Ис 53, 4-6).

РАЗМЫШЛЕНИЕ

Человек пал и падает вновь и вновь: как часто он становится карикатурой на самого себя, а вовсе не образом Божиим, выставляя, однако, на посмешище Творца. Не является ли тот, кто, следуя из Иерусалима в Иерихон, подвергся нападению разбойников, ограбивших его и оставивших полумертвым истекать кровью на обочине дороги, образом человека в высшей степени? Падение Иисуса под бременем креста – это не только падение человека Иисуса, уже обессиленного бичеванием. В этом падении видится нечто более глубокое, как пишет Павел в Послании к Филиппийцам: «Он, будучи образом Божиим, не почитал жадно оберегаемым сокровищем Свое равенство с Богом; но уничижил Себя Самого, приняв образ раба, сделавшись подобным человекам; …смирил Себя, быв послушным даже до смерти, и смерти крестной» (Фил 2, 6-8). В падении Иисуса под бременем креста явлен весь Его путь: Его добровольное унижение, чтобы поднять нас из нашей гордыни. И то же время выявляется и природа нашей гордыни – то высокомерие, с которым мы хотим освободиться от Бога и не быть никем, кроме самих себя; высокомерие, с которым мы думаем, что не нуждаемся в вечной любви, но желаем устраивать свою жизнь только сами. В этом бунте против истины, в этом стремлении самим быть богами, быть самим себе творцами и судьями, мы падаем и приходим, в конце концов, к саморазрушению. Унижение Иисуса есть преодоление нашей гордыни: Своим падением Он нас поднимает. Позволим же Ему поднять нас. Совлечем с себя нашу самодостаточность, нашу ошибочную манию автономии и, напротив, научимся у Него, унизившегося, как нам найти наше истинное величие, унизившись и обратившись к Богу и к нашим униженным братьям.

МОЛИТВА

Господи Иисусе, под тяжестью креста Ты упал на землю. Тяжесть нашего греха, тяжесть нашей гордыни свалила Тебя с ног. Но Твое падение – не знак злой судьбы, не простая слабость измученного человека. Ты захотел прийти к нам, распростертым на земле из-за нашей гордыни. Гордыня по поводу способности производить людей привела нас к тому, что люди стали для нас товаром, который можно продавать и покупать, который может служить материалом для наших опытов, проводимых нами в надежде самим победить смерть, чем на самом деле мы не делаем ничего, кроме всё более глубокого унижения человеческого достоинства. Господи, помоги нам, падшим. Помоги нам оставить нашу разрушительную гордыню и, научившись от Твоего смирения, подняться вновь.

Pater noster, qui es in caelis:
sanctificetur nomen tuum;
adveniat regnum tuum;
fiat voluntas tua, sicut in caelo, et in terra.
Panem nostrum cotidianum da nobis hodie;
et dimitte nobis debita nostra,
sicut et nos dimittimus debitoribus nostris;
et ne nos inducas in tentationem;
sed libera nos a malo.

O quam tristis et afflicta
fuit illa benedicta
mater Unigeniti!

ЧЕТВЕРТОЕ СТОЯНИЕ
Иисус встречает Свою Матерь

V. Adoramus te, Christe, et benedicimus tibi.
R. Quia per sanctam crucem tuam redemisti mundum.

Симеон сказал Марии, Матери Его: се, лежит Сей на падение и на восстание многих в Израиле и в предмет пререканий, – и Тебе Самой оружие пройдет душу, – да откроются помышления многих сердец. И Матерь Его сохраняла все слова сии в сердце Своем (Лк 2, 34-35, 51).

РАЗМЫШЛЕНИЕ

На Крестном пути Иисуса стоит также Мария, Его Матерь. Во время Его общественной жизни Она должна была держаться в стороне, чтобы оставить место для рождения новой семьи Иисуса, семьи Его учеников. Она должна была услышать слова: «Кто Матерь Моя? и кто братья Мои? …Кто будет исполнять волю Отца Моего Небесного, тот Мне брат, и сестра, и матерь» (Мф 12, 48-50). Теперь ясно, что Она не только телесно, но и в сердце, есть Матерь Иисуса. Еще прежде чем зачать Его телесно, благодаря Своему послушанию Она зачала Его в сердце. Ей было сказано: «И вот, зачнешь во чреве, и родишь Сына… Он будет велик, …и даст Ему Господь Бог престол Давида, отца Его» (Лк 1, 31-32). Но немного позже Она услышала из уст старца Симеона другие слова: «И Тебе Самой оружие пройдет душу» (Лк 2, 35). И при этом Ей могли вспомниться такие слова пророка: «Он истязуем был, но страдал добровольно и не открывал уст Своих; как овца, веден был Он на заклание» (Ис 53, 7). Теперь всё это стало реальностью. В Ее сердце всегда будет сохраняться сказанное ангелом в самом начале: «Не бойся, Мария» (Лк 1, 30). Ученики бежали, Она не бежит. Она стоит здесь с мужеством матери, с верностью матери, с добротою матери и со Своей верой, способной устоять во тьме: «И блаженна Уверовавшая» (Лк 1,45). «Но Сын Человеческий, придя, найдет ли веру на земле?» (Лк 18, 8) Да, в этот момент Он это знает: Он найдет веру. Это для Него великое утешение в этот час.

МОЛИТВА

Святая Мария, Матерь Господа, Ты остаешься верной, когда ученики бегут. Как Ты поверила, когда ангел возвестил Тебе невероятное, – что Ты станешь Матерью Всевышнего, – так поверила Ты и в час Его величайшего уничижения. Так в час креста, в час самой темной в мире ночи, Ты стала Матерью верующих, Матерью Церкви. Молим Тебя: научи нас верить и помогай нам, чтобы вера становилась мужеством служения и делами любви, приходящей на помощь и разделяющей страдания.

Pater noster, qui es in caelis:
sanctificetur nomen tuum;
adveniat regnum tuum;
fiat voluntas tua, sicut in caelo, et in terra.
Panem nostrum cotidianum da nobis hodie;
et dimitte nobis debita nostra,
sicut et nos dimittimus debitoribus nostris;
et ne nos inducas in tentationem;
sed libera nos a malo.

Quae maerebat et dolebat
pia mater, dum videbat
Nati poenas inclyti.

ПЯТОЕ СТОЯНИЕ
Симон Киринеянин помогает Иисусу нести крест

V. Adoramus te, Christe, et benedicimus tibi.
R. Quia per sanctam crucem tuam redemisti mundum.

Выходя, они встретили одного Киринеянина, по имени Симона; сего заставили нести крест Его.
Иисус сказал ученикам Своим: если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною (Мф 27, 32; 16, 24).

РАЗМЫШЛЕНИЕ

Симон Киринеянин возвращается с работы и по пути домой вдруг встречается с этим скорбным шествием осужденных – для него вполне обычное зрелище. Воины используют свое право принуждения и возлагают крест на него, крепкого крестьянина. Какое смятение должен был он испытать, оказавшись неожиданно вовлеченным в участь этих осужденных! Он делает то, что должен, – наверняка, неохотно. Но Евангелист Марк называет рядом с его именем также имена его сыновей, которых очевидно знали как христиан и как членов общины (Мк 15, 21). Из невольной встречи возникла вера. Сопровождая Иисуса и деля с ним тяжесть креста, Киринеянин понял, что возможность пойти вместе с этим Распятым и помочь Ему была милостью. Тайна страждущего и безмолвного Иисуса тронула ему сердце. Иисус, Чья божественная любовь единственная могла и может искупить всё человечество, желает, чтобы мы приобщались Его кресту, дабы восполнить то, чего еще недостает в Его страданиях (Кол 1, 24). Всякий раз, когда мы идем навстречу кому-то, кто страдает, кто гоним и беззащитен, разделяя его страдания, мы помогаем Иисусу нести Его крест. И тем самым мы приобретаем спасение и сами можем делать свой вклад в спасение мира.

МОЛИТВА

Господи, Ты отверз Симону Киринеянину очи и сердце, дав ему в несении с Тобою Твоего креста благодать веры. Помоги нам поддерживать нашего ближнего, который страдает, даже если призыв к этому окажется в противоречии с нашими планами и нашими симпатиями. Дай нам познать, какая это милость – иметь возможность разделить с другими их крест и испытать, что так мы совершаем путь вместе с Тобою. Дай нам познать радость того, что именно разделяя Твои страдания и страдания этого мира мы становимся служителями спасения и что именно так мы можем помогать созиданию Твоего тела – Церкви.

Pater noster, qui es in caelis:
sanctificetur nomen tuum;
adveniat regnum tuum;
fiat voluntas tua, sicut in caelo, et in terra.
Panem nostrum cotidianum da nobis hodie;
et dimitte nobis debita nostra,
sicut et nos dimittimus debitoribus nostris;
et ne nos inducas in tentationem;
sed libera nos a malo.

Quis est homo qui non fleret,
matrem Christi si videret
in tanto supplicio?

ШЕСТОЕ СТОЯНИЕ
Вероника отирает лик Иисуса

V. Adoramus te, Christe, et benedicimus tibi.
R. Quia per sanctam crucem tuam redemisti mundum.

Нет в Нем ни вида, ни величия; и мы видели Его, и не было в Нем вида, который привлекал бы нас к Нему. Он был презрен и умален пред людьми, муж скорбей и изведавший болезни, и мы отвращали от Него лице свое; Он был презираем, и мы ни во что ставили Его (Ис 53, 2-3).

Сердце мое говорит от Тебя: «ищите лица Моего»; и я буду искать лица Твоего, Господи. Не скрой от меня лица Твоего; не отринь во гневе раба Твоего. Ты был помощником моим; не отвергни меня и не оставь меня, Боже, Спаситель мой! (Пс 26, 8-9)

РАЗМЫШЛЕНИЕ

«Я буду искать лица Твоего. Не скрой от меня лица Твоего» (Пс 26, 8-9). Вероника – Вереника согласно греческой традиции – воплощает ту жажду, которая свойственна всем благочестивым людям Ветхого Завета, жажду всех верующих людей увидеть лицо Бога. На Крестном пути Иисуса она, однако, не делает ничего иного, кроме служения женской доброты: дает Иисусу плат. Она не позволяет себе заразиться черствостью воинов или быть скованной страхом учеников. Она – образ доброй женщины, которая при смятении и помрачении сердец сохраняет мужество доброты и не дает своему сердцу омрачиться. «Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят» (Мф 5, 8). В начале Вероника видит только измученное человеческое лицо со следами страданий. Но действие любви запечатлевает в ее сердце истинный образ Иисуса: в человеческом Лице, окровавленном и израненном, она видит Лицо Бога и Его доброты, которая следует за нами даже в самых глубоких страданиях. Только сердцем мы можем видеть Иисуса. Только любовь делает нас зрячими и чистыми. Только любовь дает нам познавать Бога, Который есть сама любовь.

МОЛИТВА

Господи, дай нам беспокойство сердца, ищущее лица Твоего. Храни нас от помрачения сердца, видящего лишь внешний облик вещей. Дай нам ту искренность и чистоту, которая делает нас способными видеть Твое присутствие в мире. А когда мы не способны творить великие дела, даруй нам мужество смиренной доброты. Запечатлей Твой лик в наших сердцах, чтобы мы могли встретить Тебя и показывать миру Твой образ.

Pater noster, qui es in caelis:
sanctificetur nomen tuum;
adveniat regnum tuum;
fiat voluntas tua, sicut in caelo, et in terra.
Panem nostrum cotidianum da nobis hodie;
et dimitte nobis debita nostra,
sicut et nos dimittimus debitoribus nostris;
et ne nos inducas in tentationem;
sed libera nos a malo.

Pro peccatis suae gentis
vidit Iesum in tormentis
et flagellis subditum.

СЕДЬМОЕ СТОЯНИЕ
Иисус вторично падает под тяжестью креста

V. Adoramus te, Christe, et benedicimus tibi.
R. Quia per sanctam crucem tuam redemisti mundum.

Я человек, испытавший горе от жезла гнева Его. Он повел меня и ввел во тьму, а не во свет. Каменьями преградил дороги мои, извратил стези мои. Сокрушил камнями зубы мои, покрыл меня пеплом (Плач 3, 1-2, 9, 16).

РАЗМЫШЛЕНИЕ

Традиция троекратного падения Иисуса и тяжести креста напоминает о падении Адама, – и о наших собственных человеческих падениях, – а также о тайне участия Иисуса в нашем падении. Падение человека принимает в истории всегда новые формы. Святой Иоанн своем Первом послании говорит тройном падении человека: о похоти плоти, похоти очей и гордости житейской. Так он на фоне пороков своего времени со всеми их крайностями и извращениями толкует падение человека и человечества. Но мы можем думать, имея в виду более недавнюю историю, и о том, как христианский мир, устав от веры, оставил Господа: великие идеологии, такие как опошление человека, который больше ничему не верит и просто волен идти, куда хочет, создали новое, еще худшее язычество, которое, желая окончательно отставить Бога, пришло к тому, что упразднило человека. Человек лежит, как во прахе. Господь несет этот груз, падая и падая, чтобы прийти к нам. Он взирает на нас, чтобы наше сердце пробудилось. Он падает, чтобы поднять нас.

МОЛИТВА

Господи Иисусе Христе, Ты понес наше бремя и продолжаешь нести его. Это наш груз заставляет Тебя падать. Но Ты подними нас, потому что собственными силами мы не можем подняться из праха. Вместо сердца каменного дай нам новое сердце из плоти, сердце, способное видеть. Разрушь силу идеологий, чтобы люди смогли увидеть, что эти идеологии сотканы из лжи. Не дай стене материализма стать непреодолимой. Дай нам воспринять Тебя вновь. Соделай нас трезвенными и внимательными, чтобы мы могли сопротивляться силам зла, и помогай нам узнавать внешние и внутренние нужды других и оказывать им помощь. Подними нас, чтобы мы могли поднимать других. Подавай нам надежду во всякой тьме, чтобы мы становились носителями надежды для мира.

Pater noster, qui es in caelis:
sanctificetur nomen tuum;
adveniat regnum tuum;
fiat voluntas tua, sicut in caelo, et in terra.
Panem nostrum cotidianum da nobis hodie;
et dimitte nobis debita nostra,
sicut et nos dimittimus debitoribus nostris;
et ne nos inducas in tentationem;
sed libera nos a malo.

Quis non posset contristari,
piam matrem contemplari
dolentem cum Filio?

ВОСЬМОЕ СТОЯНИЕ
Иисус утешает плачущих над Ним иерусалимских женщин

V. Adoramus te, Christe, et benedicimus tibi.
R. Quia per sanctam crucem tuam redemisti mundum.

Иисус же, обратившись к ним, сказал: дщери Иерусалимские! не плачьте обо Мне, но плачьте о себе и о детях ваших, ибо приходят дни, в которые скажут: блаженны неплодные, и утробы неродившие, и сосцы непитавшие! тогда начнут говорить горам: падите на нас! и холмам: покройте нас! Ибо если с зеленеющим деревом это делают, то с сухим что будет? (Лк 23, 28-31)

РАЗМЫШЛЕНИЕ

То, как упрекает Иисус иерусалимских женщин, идущих за Ним и плачущих над Ним, заставляет нас задуматься: как это понимать? Не слышится ли в этом упрек в адрес чисто сентиментального благочестия, которое не становится обращением и переживаемой верой? Недостаточно сожалеть о страданиях этого мира посредством слов и чувств, если наша жизнь остается такой, какой была всегда. Тем самым Господь предостерегает нас от опасности, в которой живем мы сами. Он показывает, как серьезен грех и как серьезен суд. Возможно, мы, несмотря на все наши слова негодования по поводу зла и страданий невинных, склонны слишком недооценивать тайну зла? Быть может, из образа Бога и Иисуса мы, в конечном счете, извлекаем только аспекты нежности и любви, спокойно вычеркнув аспект суда? Бог может принимать нашу слабость не настолько трагически, – думаем мы, – мы ведь всего лишь люди! Но, взирая на страдания Сына, мы видим всю серьезность греха, мы видим, чтó нужно претерпеть, чтобы он был побежден. Перед образом страждущего Господа кончается недооценка зла. Нам Он тоже говорит: «Не плачьте обо мне, плачьте о себе…. Ибо если с зеленеющим деревом это делают, то с сухим что будет?»

МОЛИТВА

Господи, плачущим женщинам Ты говорил о покаянии, о дне Суда, когда мы предстанем перед Твоим лицом, перед лицом Судии мира. Ты призываешь нас перестать недооценивать зло, с которым мы смиряемся, чтобы спокойно продолжать жить. Ты показываешь нам серьезность нашей ответственности и опасность того, что на Суде мы будем найдены виновными и бесплодными. Помоги нам не ограничиваться слезами и словами, идя рядом с Тобою. Обрати нас и дай нам новую жизнь. Дай нам не остаться, в конце концов, подобными сухому дереву, но стать живыми ветвями на Тебе, истинной виноградной лозе, и приносить плод в жизнь вечную (ср. Ин 15, 1-10).

Pater noster, qui es in caelis:
sanctificetur nomen tuum;
adveniat regnum tuum;
fiat voluntas tua, sicut in caelo, et in terra.
Panem nostrum cotidianum da nobis hodie;
et dimitte nobis debita nostra,
sicut et nos dimittimus debitoribus nostris;
et ne nos inducas in tentationem;
sed libera nos a malo.

Tui Nati vulnerati,
tam dignati pro me pati,
poenas mecum divide.

ДЕВЯТОЕ СТОЯНИЕ
Иисус падает под бременем креста в третий раз

V. Adoramus te, Christe, et benedicimus tibi.
R. Quia per sanctam crucem tuam redemisti mundum.

Благо человеку, когда он несет иго в юности своей; сидит уединенно и молчит, ибо Господь наложил его на него; полагает уста свои в прах, помышляя: «Может быть, еще есть надежда»; подставляет ланиту свою биющему его, пресыщается поношением, ибо не навек оставляет Господь. Но послал горе, и помилует по великой благости Своей (Плач 3, 27-32).

РАЗМЫШЛЕНИЕ

О чем может говорить нам третье падение Иисуса под бременем креста? Может быть, оно заставляет нас подумать о падении человека в целом, об отпадении столь многих людей от Христа в сторону секуляризма без Бога. Но не следует ли нам подумать и о том, как много должен страдать Христос в самой Своей Церкви? Как часто совершаются злоупотребления с Таинством Его присутствия, в какую пустоту и озлобленность сердца зачастую Он входит! Как часто мы празднуем только для самих себя, а Его нет в наших мыслях! Как часто Его слово подвергается искажениям и злоупотреблениям! Сколько маловерия в таких теориях, сколько пустословия! Сколько грязи имеется в Церкви, а особенно – среди тех, кто во священстве должен был бы всецело принадлежать Ему! Сколько гордыни, сколько самодостаточности! Как мало уважаем мы таинство Примирения, в котором Он нас ожидает, чтобы поднять нас из нашего падшего состояния! Всё это присутствует в Его страданиях. Предательство учеников, недостойное принятие Его Тела и Его Крови должно быть самой глубокой скорбью Искупителя, пронзающей Ему сердце. Нам не остается ничего иного, как обратить к нему из самой глубины души вопль: Kyrie, eleison – Господи, спаси нас (Мф 8, 25).

МОЛИТВА

Господи, часто Твоя Церковь кажется нам лодкой, которая отовсюду протекает и уже полностью затоплена водой. И на Твоей ниве мы видим больше плевел, чем пшеницы. Настолько испачканные одежда и лицо Твоей Церкви ужасает нас. Но это мы сами их испачкали! Это мы сами столько раз предавали Тебя, после всех наших высоких речей и жестов. Будь милостив к Твоей Церкви: в ней тоже вновь и вновь происходит падение Адама. Нашим падением мы тянем Тебя к земле, и сатана смеется, надеясь, что Ты больше не поднимешься после падения; он надеется, что Ты, сваленный с ног Твоею Церковью, останешься поверженным на земле. Но ты поднимешься. Ты поднялся, Ты воскрес и можешь восставить и нас. Спаси и освяти Твою Церковь. Спаси и освяти всех нас.

Pater noster, qui es in caelis:
sanctificetur nomen tuum;
adveniat regnum tuum;
fiat voluntas tua, sicut in caelo, et in terra.
Panem nostrum cotidianum da nobis hodie;
et dimitte nobis debita nostra,
sicut et nos dimittimus debitoribus nostris;
et ne nos inducas in tentationem;
sed libera nos a malo.

Eia, mater, fons amoris,
me sentire vim doloris
fac, ut tecum lugeam.

ДЕСЯТОЕ СТОЯНИЕ
С Иисуса снимают одежды

V. Adoramus te, Christe, et benedicimus tibi.
R. Quia per sanctam crucem tuam redemisti mundum.

И, придя на место, называемое Голгофа, что значит: Лобное место, дали Ему пить вина, смешанного с желчью; и, отведав, не хотел пить. Распявшие же Его делили одежды его, бросая жребий; и, сидя, стерегли Его там (Мф 27, 33-36).

РАЗМЫШЛЕНИЕ

С Иисуса сняли Его одежды. Одежда указывает на социальный статус человека, выделяет его в обществе, делает его кем-то. Публичное обнажение означает, что Иисус больше уже никто: аутсайдер, презираемый всеми. В момент Его обнажения нам вспоминается также изгнание из рая: сияние Бога спадает с человека, который теперь обнаруживает себя голым и выставленным, обнаженным и стыдящимся. Иисус, таким образом, еще раз принимает состояние падшего человека. Обнаженный Иисус напоминает нам о том, что все мы утратили «первую одежду» – сияние Божие. У подножия креста воины бросают жребий, чтобы разделить свою убогую добычу – Его одежды. Евангелисты повествуют об этом, приводя слова из Псалма 22 (21). 19 и, таким образом, говорят то, что Иисус скажет эмаусским ученикам: всё произошло «согласно Писаниям». И это не является простым совпадением: всё, что происходит, заключено в слове Божием и проистекает из Его божественного замысла. Господь переживает все этапы и ступени погибели людей, и каждая из этих ступеней, во всей своей горечи, является шагом искупления: именно так Он возвращает заблудшую овцу. Вспомним также, как Иоанн говорит о том, что предметом жребия был хитон Иисуса, «не сшитый, а весь тканый сверху» (Ин 19, 23). Мы можем усмотреть в этом намек на одежду первосвященника, которая была «тканной из одной нити», без швов (Иосиф Флавий, Иудейские древности III, 161). Он, Распятый, действительно истинный первосвященник.

МОЛИТВА

Господи Иисусе, с Тебя сняли Твои одежды, Ты выставлен на бесчестие, отвержен обществом. Ты принял на Себя бремя бесчестия Адама и исцелил его. Ты принял на Себя страдания бедных, отверженных миром. Но именно так исполняются слова пророков. Только так ты наделяешь смыслом то, что кажется лишенным смысла. Именно так Ты даешь нам познать, что Отец Твой держит в Своих руках Тебя, и нас, и мир. Даруй нам глубокое уважение к человеку на всех этапах его существования и во всех ситуациях, в которых мы его встречаем. Даруй нам сияющие одежды Твоей благодати.

Pater noster, qui es in caelis:
sanctificetur nomen tuum;
adveniat regnum tuum;
fiat voluntas tua, sicut in caelo, et in terra.
Panem nostrum cotidianum da nobis hodie;
et dimitte nobis debita nostra,
sicut et nos dimittimus debitoribus nostris;
et ne nos inducas in tentationem;
sed libera nos a malo.

Fac, ut ardeat cor meum
in amando Christum Deum,
ut sibi complaceam.

ОДИННАДЦАТОЕ СТОЯНИЕ
Иисуса распинают на кресте

V. Adoramus te, Christe, et benedicimus tibi.
R. Quia per sanctam crucem tuam redemisti mundum.

И поставили над головою Его надпись, означающую вину Его: Сей есть Иисус, Царь Иудейский. Тогда распяты с Ним два разбойника: один по правую сторону, а другой по левую. Проходящие же злословили Его, кивая головами своими и говоря: Разрушающий храм и в три дня Созидающий! спаси Себя Самого; если Ты Сын Божий, сойди с креста. Подобно и первосвященники с книжниками и старейшинами и фарисеями, насмехаясь, говорили: других спасал, а Себя Самого не может спасти; если Он Царь Израилев, пусть теперь сойдет с креста, и уверуем в Него (Мф 27, 37-42).

РАЗМЫШЛЕНИЕ

Иисус пригвожден ко кресту. Туринская плащаница дает нам представление о невероятной жестокости этой процедуры. Иисус не пьет предложенный Ему анестезирующий напиток: Он сознательно принимает на себя всю боль распятия. Всё Его тело измучено, подтверждаются слова Псалма: «Я же червь, а не человек, поношение у людей и презрение в народе» (Пс 22 (21). 7). «Мы отвращали от Него лицо свое; Он был презираем… Но Он взял на Себя наши немощи и понес наши болезни» (Ис 53, 3-4). Остановимся перед этим образом боли, перед страждущим Сыном Божиим. Посмотрим на Него в моменты самонадеянности и удовольствия, чтобы учиться соблюдать пределы и видеть несерьезность всех чисто материальных благ. Посмотрим на Него в моменты беды и нужды, чтобы признать, что именно так мы оказываемся близки к Богу. Будем стремится узнать Его лицо в тех, кого нам хочется презирать. Перед осужденным Господом, Который не желает использовать Своего могущества, чтобы сойти с креста, но, напротив, претерпевает крестные страдания до конца, возникает еще одна мысль. Игнатий Антиохийский, будучи сам закован в цепи за веру в Господа, восхвалял христиан Смирны за их непоколебимую веру: по его словам, они как бы пригвождены плотью и кровью ко кресту Господа Иисуса Христа (Послание к Смирнянам 1, 1). Пригвоздим себя к Нему, не поддаваясь никакому искушению оторваться от Него и уступить насмешкам, которые стремятся побудить нас к этому.

МОЛИТВА

Господи Иисусе Христе, Ты дал пригвоздить Себя ко кресту, приняв ужасную жестокость этой муки, разрушение Твоего тела и Твоего достоинства. Ты дал пригвоздить Себя, Ты принял страдания, не бежав от них, без компромиссов. Помоги нам не бежать того, что мы призваны исполнить. Помоги нам крепко привязаться к Тебе. Помоги нам разоблачать всякую ложную свободу, которая стремится отдалить нас от Тебя. Помоги нам принимать Твою «связанную» свободу и находить в тесном союзе с Тобою истинную свободу.

Pater noster, qui es in caelis:
sanctificetur nomen tuum;
adveniat regnum tuum;
fiat voluntas tua, sicut in caelo, et in terra.
Panem nostrum cotidianum da nobis hodie;
et dimitte nobis debita nostra,
sicut et nos dimittimus debitoribus nostris;
et ne nos inducas in tentationem;
sed libera nos a malo.

Sancta mater, istud agas,
crucifixi fige plagas
cordi meo valide.

ДВЕНАДЦАТОЕ СТОЯНИЕ
Иисус умирает на кресте

V. Adoramus te, Christe, et benedicimus tibi.
R. Quia per sanctam crucem tuam redemisti mundum.

Пилат же написал и надпись, и поставил на кресте. Написано было: Иисус Назорей, Царь Иудейский. Эту надпись читали многие из Иудеев, потому что место, где был распят Иисус, было недалеко от города, и написано было по-еврейски, по-гречески, по-римски (Ин 19, 19-20).

От шестого же часа тьма была по всей земле до часа девятого; а около девятого часа возопил Иисус громким голосом: Или, Или! лама савахфани? то есть: Боже Мой, Боже Мой! для чего Ты Меня оставил? Некоторые из стоявших там, слыша это, говорили: Илию зовет Он. И тотчас побежал один из них, взял губку, наполнил уксусом и, наложив на трость, давал Ему пить; а другие говорили: постой, посмотрим, придет ли Илия спасти Его. Иисус же, опять возопив громким голосом, испустил дух. Сотник же и те, которые с ним стерегли Иисуса, видя землетрясение и все бывшее, устрашились весьма и говорили: воистину Он был Сын Божий (Мф 27, 45-50, 54).

РАЗМЫШЛЕНИЕ

Над крестом Иисуса на двух мировых языках того времени, греческом и латинском, и на языке избранного народа, еврейском, написано, что Он – Царь иудеев, обещанный Сын Давидов. Пилат, неправедный судья, вопреки своему желанию стал пророком. Перед лицом мирового общественного мнения оказалась провозглашена царственность Иисуса. Сам Иисус не принял титула Мессии, потому что с ним связывалась ложная ­– человеческая – идея власти и спасения. Но теперь этот титул смог открыто присутствовать над Распятым. Таким образом, Он воистину – Царь мира. Теперь он воистину «вознесен». В Своем нисхождении Он вознесен. Теперь Он радикально исполнил заповедь любви, Он отдал Самого Себя и поэтому теперь являет истинного Бога, Того Бога, который есть любовь. Теперь мы знаем, Кто есть Бог. Теперь знаем, какова она – истинная царственность. Иисус молится словами 22-го Псалма, который начинается так: «Боже мой, Боже мой, для чего Ты меня оставил?» (Пс 22 (21). 2). Он принимает в Себя весь страдающий Израиль, всё страдающее человечество, его трагедию помрачения Бога, и делает так, что Бог являет Себя именно там, где кажется, что Он окончательно потерпел поражение и отсутствует. Крест Иисусов – космическое событие. Мир погружается во тьму, когда умирает Сын Божий. Земля сотрясается. И рядом с крестом берет свое начало Церковь язычников. Римский сотник сознаёт, признаёт Иисуса как Сына Божия. С креста Он одерживает победу, вновь и вновь.

МОЛИТВА

Господи Иисусе Христе, в час Твоей смерти померкло солнце. Вновь и вновь Тебя пригвождают ко кресту. Именно в этот час истории мы живем в помрачении Бога. Неизмеримыми страданиями и злодеяниями людей лицо Бога, Твое лицо, оказывается затемнено, оно становится неразличимо. Но именно на кресте Ты оказался признан. Именно как страдающий и любящий Ты оказываешься превознесен. Именно отсюда Ты побеждаешь. Помоги нам в этот час тьмы и потрясений узнавать Твое лицо. Помоги нам верить в Тебя и следовать за Тобою именно в час тьмы и нужды. Яви Себя вновь миру в этот час. Яви ему Твое спасение.

Pater noster, qui es in caelis:
sanctificetur nomen tuum;
adveniat regnum tuum;
fiat voluntas tua, sicut in caelo, et in terra.
Panem nostrum cotidianum da nobis hodie;
et dimitte nobis debita nostra,
sicut et nos dimittimus debitoribus nostris;
et ne nos inducas in tentationem;
sed libera nos a malo.

Fac me vere tecum flere,
Crucifixo condolere,
donec ego vixero.

ТРИНАДЦАТОЕ СТОЯНИЕ
Иисуса снимают с креста и отдают Матери

V. Adoramus te, Christe, et benedicimus tibi.
R. Quia per sanctam crucem tuam redemisti mundum.

Сотник же и те, которые с ним стерегли Иисуса, видя землетрясение и все бывшее, устрашились весьма и говорили: воистину Он был Сын Божий. Там были также и смотрели издали многие женщины, которые следовали за Иисусом из Галилеи, служа Ему (Мф 27, 54-55).

РАЗМЫШЛЕНИЕ

Иисус умер, Его сердце пронзено копьем римского воина, и оттуда истекли кровь и вода: мистические образы потоков таинств, – Крещения и Евхаристии, – которыми от пронзенного сердца Иисуса вновь и вновь возрождается Церковь. Ему не были перебиты голени, как другим распятым; так Он являет Себя истинным пасхальным агнцем, у которого ни одна кость не должна быть сокрушена (ср. Исх 12, 46). И теперь, когда Он всё претерпел, видно, что, несмотря на всё смятение сердец, несмотря на господство ненависти и подлости, Он не остается один. Здесь те, кто верен. У подножия креста стояли Мария, Его Мать, Ее сестра Мария, Мария Магдалина и ученик, которого Он любил. Теперь приходит и богатый человек Иосиф из Аримафеи: этот богатый человек находит, как пройти через игольное ушко, ибо Бог дает ему такую милость. Он погребает Иисуса в своей еще нетронутой гробнице в саду: там, где погребен Иисус, кладбище преображается в сад, в тот сад, откуда был изгнан Адам, когда отпал от полноты жизни, от своего Создателя. Гроб в саду позволяет нам думать, что власть смерти близится к концу. Приходит также член синедриона Никодим, которому Иисус возвестил тайну рождения от воды и Духа. Даже в синедрионе, где было принято решение о смерти Иисуса, есть кто-то, кто верит, кто узнаёт и признаёт Его, когда Он мертв. В час великой борьбы, великого затмения и уныния, таинственно теплится свет надежды. Бог сокровенный остается, тем не менее, Богом живым и близким. Мертвый Господь остается, тем не менее, Господом и нашим Спасителем, даже во мраке смерти. Церковь Иисуса Христа, Его новая семья, начинает созидаться.

МОЛИТВА

Господи, Ты сошел во мрак смерти. Но Твое тело было принято добрыми руками и обвито чистою плащаницею (Мф 27, 59). Вера не умерла полностью, солнце не зашло совсем. Как часто кажется, что Ты дремлешь! Как легко мы, люди, отдаляемся и говорим себе: Бог умер. Дай нам в час тьмы узнавать, что Ты, тем не менее, здесь. Не оставляй нас одних, когда мы стремимся погубить душу. Помоги нам не оставлять Тебя одного. Дай нам верность, которая тверда в час смятения, и любовь, принимающую Тебя в те минуты, когда Ты в этом крайне нуждаешься, как Матерь Твоя вновь приняла Тебя в Свои объятия. Помогай нам – бедным и богатым, простым и образованным, – видеть, сквозь все свои страхи и предрассудки, и приносить Тебе в дар наши способности, наше сердце, наше время, предуготовляя таким образом тот сад, где может произойти воскресение.

Pater noster, qui es in caelis:
sanctificetur nomen tuum;
adveniat regnum tuum;
fiat voluntas tua, sicut in caelo, et in terra.
Panem nostrum cotidianum da nobis hodie;
et dimitte nobis debita nostra,
sicut et nos dimittimus debitoribus nostris;
et ne nos inducas in tentationem;
sed libera nos a malo.

Vidit suum dulcem Natum
morientem desolatum,
dum emisit spiritum.

ЧЕТЫРНАДЦАТОЕ СТОЯНИЕ
Иисуса погребают

V. Adoramus te, Christe, et benedicimus tibi.
R. Quia per sanctam crucem tuam redemisti mundum.

И, взяв тело, Иосиф обвил его чистою плащаницею и положил его в новом своем гробе, который высек он в скале; и, привалив большой камень к двери гроба, удалился. Была же там Мария Магдалина и другая Мария, которые сидели против гроба (Мф 27, 59-61).

РАЗМЫШЛЕНИЕ

Иисус, отверженный и обесславленный, со всеми почестями полагается в новый гроб. Никодим приносит сто фунтов состава из мирры и алоя, способного источать богатое благоухание. Теперь, как прежде при помазании в Вифании, в даре Сына открывается та безмерность, которая напоминает нам о щедрой любви Бога, о «преизбытке» Его любви. Бог совершает щедрое дарование Самого Себя. Если мера Божия преизбыточествует, то и нам ничего не должно быть жалко для Бога. Это то, о чем учил Иисус в Нагорной проповеди (Мф 5, 20). Но нужно вспомнить также слова святого апостола Павла о Боге, Который «благоухание познания о Себе распространяет нами во всяком месте. Ибо мы Христово благоухание…» (2 Кор 2, 14-15). В условиях разложения идеологий наша вера должна снова быть благоуханием, которое вернет нас на стези жизни. В час погребения начинают осуществляться слова Иисуса: «Истинно, истинно говорю вам: если пшеничное зерно, пав в землю, не умрет, то останется одно; а если умрет, то принесет много плода» (Ин 12, 24). Иисус – пшеничное зерно, которое умирает. Из умершего пшеничного зерна начинается великое умножение хлеба, которое продолжается до скончания века: Он есть хлеб жизни, способный насытить в преизбытке всё человечество и дать ему пищу жизни – вечное Слово Божие, ставшее плотью, а также хлебом, ради нас, крестом и воскресением. Над погребением Иисуса сияет тайна Евхаристии.

МОЛИТВА

Господи Иисусе Христе, в погребении Ты сделал смерть пшеничного зерна Твоею смертью, Ты стал пшеничным зерном, которое приносит много плода в течение всех времен вплоть до скончания века. Из гроба во все времена сияет обетование пшеничного зерна, откуда происходит истинная манна, хлеб жизни, в котором Ты даруешь Себя нам. Вечное Слово через воплощение и смерть стало близким Словом: Ты полагаешь Себя в наши руки и в наши сердца, чтобы Твое слово возрастало в нас и приносило плод. Ты даруешь Самого Себя посредством смерти пшеничного зерна, чтобы и мы имели мужество терять свою жизнь, дабы обретать ее; чтобы и мы доверяли обетованию о пшеничном зерне. Помоги нам всегда любить и чтить Твою евхаристическую тайну, поистине живя Тобою, Хлеб небесный. Помоги нам становиться Твоим «благоуханием», делать зримыми пути Твоей жизни в этом мире. Как пшеничное зерно поднимается из земли в виде стебля и колоса, так и Ты не смог остаться во гробе: гроб пуст, потому что Он – Отец – Тебя «не оставил в аде, и плоть Твоя не видела тления» (ср. Деян 2, 31; ср. Пс 15, 10). Нет, Ты не увидел тления. Ты воскрес и предоставил преображенной плоти пространство в недре Божием. Сподобь нас радоваться этой надежде и, радостно неся ее в мир, быть свидетелями Твоего воскресения.

Pater noster, qui es in caelis:
sanctificetur nomen tuum;
adveniat regnum tuum;
fiat voluntas tua, sicut in caelo, et in terra.
Panem nostrum cotidianum da nobis hodie;
et dimitte nobis debita nostra,
sicut et nos dimittimus debitoribus nostris;
et ne nos inducas in tentationem;
sed libera nos a malo.

Quando corpus morietur,
fac ut animae donetur
paradisi gloria. Amen.

© Перевод с итальянского и немецкого Петра Сахарова

Все примеры Крестного пути и варианты размышлений на странице

Богослужение Крестного пути